Captain de La Fer
Отличил гик от ватерштага
2 часть

*

Землетрясение произвело разрушения. Когда слегка помятые, весьма исцарапанные и запыленные по самые аудио мехи наконец добрались до институтского лагеря, уже наступил вечер. В лагере стоял шухер: двое были посланы разыскивать пропавшего Скайфайра, в то время как остальные спорили на предмет скорейшего отлёта с планеты и пытались навести в этой разрухе порядок. Потери на первый взгляд были невелики, на второй — значительны: в жилых отсеках царил разгром, в открывшуюся трещину в земле улетела часть измерительных приборов с периметра, а у звездолёта в момент самого сильного толчка погнулись посадочные опоры, причём одна была на грани полной поломки. Кроме того, сильно контузило прогнозиста: его, самого лёгкого в команде, сбило с ног и крепко приложило шлемом об угол собственного отсека. Сейчас он в состоянии временного оффа находился в корабельном ремблоке; приписанный к экспедиции полевой медик не мог дать однозначного диагноза и настаивал на немедленном возвращении, небезосновательно подозревая, что у пациента повреждёны платы.

С Эйром они разделились у самого периметра. Шлемофон напарника уже разрывался от вызовов, так что задерживать его Скайфайр не стал. Им обоим сейчас требовалось прийти в себя. Скайфайр проводил взглядом неуклюже взлетевший с места истребитель, удалявшийся по кривой траектории, и пошёл к своим.

Поначалу на него никто в суматохе не обратил внимания. Джет молча осматривал полуразрушенный лагерь, отыскивая свою лабораторию и пересчитывая сокомандников. Живы. Все живы. Все здесь, кроме троих… Фейсплет Скайфайра резко посуровел. Он медленно шёл вперёд, обходя усердно работающих на восстановление мехов, и только когда возник во всей своей неприглядной красе перед оптикой измученного Райвера, начальника экспедиции, тот наконец заметил его и от неожиданности завопил.

— Ты арахнобота увидел?! — отшатнулся Скайфайр. Похоже, сегодня был фестиваль чужих воплей, хотя Эйра переплюнуть Райверу не удалось.

— Арах… Квинту в выхлоп, Скайфайр! Где ты, ржа возьми, был?! Мы уже собирались тяжёлую технику к твоим поискам подгонять!

— У меня сегодня пещера по плану была, забыл? Меня там всё это и застало, — ответил Скайфайр, ещё раз оглядев лагерь.

Где застало?! У тебя видок, как у… — не смог подобрать самого красочного эпитета Райвер.

— Чудом выбрался. Если я скажу, что нашёл подземный вулкан, ты мне поверишь?

У того слегка отвисла челюсть.

— Вулкан в пещере?

— Именно. Нам с трудом удалось сбежать от извержения.

— Нам? — уточнил всё ещё шокированный начальник экспедиции.

— Я столкнулся с одним мехом из Академии… геологом, он только что улетел. Мы вдвоём исследовали главный зал, потом я загрузил карту с дроида и мы разошлись на разные выходы, потом опять столкнулись. Райвер, ты не поверишь, что там творится! Ты когда-нибудь кислотные очаги вживую видел?

— Шутишь?

— Нет. Очаги термические, высокой концентрации. Это правда. И вулкан…

Взгляд Райвера зацепился за место на обшивке Скайфайра, куда попали кислотные капли.

— И ты пошёл туда? Здесь трясло, а ты сидел в пещере?!

— Да откуда я знал?! Мы оба слишком глубоко ушли! Эта пещера — двойная, дроид только малую её часть пролетел. Я тебе отчёт сейчас сброшу, и запись тоже. Извини, я не думал, что толчки начнутся так скоро. Видел же, что с электромагнитными показателями что-то не то, а…

— Пошли на борт, — не терпящим возражением тоном приказал Райвер.

На самом звездолёте не в пример лагерю царил относительный порядок, однако слегка перекошенная горизонталь пола и потолка доказывала, что землетрясение не прошло для корабля бесследно. То и дело из соседних отсеков слышались громкие восклицания, кто-то постоянно пробегал мимо, успевая, впрочем, сильно впечатлиться донельзя замызганным видом джета, уже было объявленного пропавшим.

— Тут внутри тоже кое-что разбилось, — объяснил Райвер, когда они очутились в кают-компании. — Где там твой отчёт?

Скайфайр сбросил ему неупорядоченную смесь файлов, видеозаписей и целого вороха полученных результатов. Пока они с Эйром брели к лагерю, наваливаясь друг на друга, как энергоголики с нижних уровней, он честно пытался дефрагментировать эту кучу данных, но по-хорошему этот процесс следовало проводить только в подзарядке. Ещё часть осталась у дроида в контейнере, который он оставил перед трапом звездолёта. Райвер надолго замолчал, бегло просматривая материал. Очень надолго.

Наконец он поднял взгляд на устало привалившегося к стене джета.

— Лекцию по правилам научной безопасности всему составу. С подробностями. Праймус тебя, видимо, персонально любит. Ты хоть понимаешь, что нашёл? Я лично такое впервые вижу!

— Знаю, — отмахнулся Скайфайр. — Однако природные стихии с вежливыми предупреждениями не торопятся.

— Двойная пещера! Ты представляешь, какое количество кредитов прячется за тем, что ты там видел? В одной только этой пещере?

— Нет, — холодно отрезал Скайфайр.

— Что — «нет»?

— Ни в коем случае. Это научный материал, а не коммерческий. Ты же сам не раз говорил, что с органикой нам не по пути. Я не против колонизации спутников, но эту уникальную экосистему лично я и пальцем не трону. Эти данные — только для науки, и точка.

— Опасаешься новых катастроф? — сощурил оптозатворы Райвер.

— Опасаюсь новых исследователей, — в тон ему ответил Скайфайр. — Эта планета обитаема, ей статус заповедника нужен. Знаешь, чем на заре колонизации заканчивались топорные попытки киберформирования?

— Уж я-то знаю. Не беспокойся, мы учёные, а не бизнесмехи. Как ты и сказал, только для науки. Я просто предупредил, чтобы ты был готов к тому, что к нам ещё не раз подкатят с соответствующими предложениями. Что за денёк…

— А как мы поступим с данными?

Райвер задумчиво почесал шлем.

— С теми, что по пещере — займись ими сам, — в конце концов решил он. — Это ведь по твоей лаборатории в основном проходит. И скажи спасибо своему везению! На лаву он пялился! Хорошо, что с тобой всё в порядке… Кроме тебя, никто из нас в той пещере не был и, надеюсь, никогда больше не будет.

В кают-компании ожил селектор.

— Райвер, зайди в ремблок. Это срочно, — послышался голос медика.

— Сейчас буду. Как Винс?

— Похоже, у него ухудшение. Он переходит в стазис, и график активности его процессоров мне очень не нравится.

— Буду через два клика.

— Если найденный Скайфайр находится в поле твоего видео, прихвати его с собой.

Райвер встал, мрачно глядя на встревожившегося тетраджета.

— Мне не нужен ремблок, — попробовал откосить от предстоящего визита к медботу Скайфайр.

— Нужен, — непререкаемо возразил начальник экспедиции, выходя из отсека. — У тебя повреждён манипулятор и обшивка испорчена. Если Вайлдрип прав, а он наверняка прав, то вся наша работа на Джеруне только что ушла в выхлоп.

— В смысле? — не понял джет, шагая за ним.

— В том смысле, что всю экспедицию придётся свернуть.

*

В лагере Академии дела обстояли немногим лучше. Разрушений было не так много, как у команды института, однако пострадал исследовательский бур. С трудом долетевший на остатках энергии Старскрим застал у своих аналогичную обстановку. Произведя сенсацию своим появлением, он отмахнулся от ахов и вздохов, на вялых супинаторах добрёл до своего отсека и рухнул на платформу, подключившись к прямой кабельной подзарядке. Этого летающему механизму показалось мало, и Старскрим выудил из-под платформы запас энергона. Третий куб подходил к концу, когда в дверь заглянула чужая голова.

— В чём дело, Джей? — хмуро поинтересовался сикер, глядя в потолок.

На входе деликатно прокашлялись.

— У меня не очень хорошие новости.

Старскрим одним махом допил остатки куба, смял пустую оболочку и наконец развернулся к собеседнику фейсплетом.

— Если ты про то, что с нашим буром полный швах, то я это уже знаю.

— Я не про него, — Джейбрэкер был явно смущён. — Это касается тебя. Не хочу говорить, но у нас был очередной сеанс связи…

— Когда?

— Сразу после землетрясения. Ну, ты же знаешь, в наше обычное «связное» время. Серьёзно разговаривали, а потом они как узнали, что тут творится, так вообще такой крик стоял! Пока ничего не ясно, но, скорее всего, кому-то из нас придётся срочно улетать. И ещё сообщили, что в Академию берут нового эксперта.

— И?

— Эксперта по геологии.

— Это как так? — прищурился Старскрим.

— Ну… подробностей нам не сказали — это ты уже сам выяснять будешь — но, я так понял, что его взяли на ту же должность, что и у тебя, и на тех же условиях.

А вот это уже действительно настораживало.

— Его не могут взять на эту должность — у нас только одно место. Это ещё с позапрошлого ворна в штатном списке официально записано! И это место уже занято мной.

— Извини, — развёл манипуляторами Джейбрэкер. — Я только передаю то, что услышал. Кажется, его взяли как раз тогда, когда мы вылетели.

— Что?!

Джейбрэкер еле успел посторониться, когда Старскрим стремительно вышел из отсека и решительно направился к пункту связи на холме.

— Свяжи меня с Академией, — остановился он перед связистом, сгорбившимся перед экранами.

— Сейчас не могу. Сеанс уже прошёл.

— Значит, свяжись ещё раз.

— Не могу! Приходи завтра.

— Это срочно!

— А я тут срочно пытаюсь вызвать нам подмогу с ближайших обитаемых систем! У нас и так плохой сигнал, не мешай.

Старскрим приказал себе быть терпеливым.

— Ладно. Я подожду.

Связист очень красноречиво взглянул на него.

— Действительно срочно, — подтвердил Старскрим. — Я должен узнать кое-что важное, и чем скорее, тем лучше.

— Ты же не думаешь, что наши будут караулить у экранов? Мы ведь не единственная экспедиция от Академии, после нас вылетело ещё две.

— Но зато единственная — за пределами Империи. И единственная, между прочим, у которой возникли серьёзные проблемы. Тебе не кажется, что у нас всё-таки приоритет повыше?

— Ладно, — проворчал связист. — Я догадываюсь, почему тебе так припёрло.

— В этом и дело, — не стал увиливать Старскрим. — Ты-то всё слышал, а мне только на словах передали. Если я формально уже не имею права здесь находиться, то пусть мне хотя бы скажут это прямо в фейсплет.

— Если мне удастся хоть с кем-то связаться, тогда я тебя позову.

Старскрим кивнул и отошёл.

Полтора джоора спустя он завершил тяжёлый разговор по связи, состоящий из преувеличенно официальных формулировок с той стороны и плохо скрытого сарказма — со своей. Чувствовал себя Старскрим так, будто его пропустили через утильный переработчик. Связист взглянул на него с сочувствием, однако сикеру оно было ни к чему. То, к чему шло дело весь последний ворн, всё-таки случилось, но он не ожидал, что это произойдёт так скоро и так подло. Того неведомого меха, который официально занял должность геологического эксперта вместо него, назначили как раз в орн отлёта экспедиции. И Старскрим прекрасно понимал, что это значит. Может, приказа пока что и нет, может, ему даже выплатят хорошие премиальные в качестве утешения, однако того факта, что главному геологу Академии, который был приятелем Старскрима едва ли не со студенческой скамьи, придётся подписать увольнение задним числом, это не отменяло. И ладно бы, если бы до Академии никому не было дела — в этом случае оставить двоих на одной должности ещё позволяла фактическая обстановка и тонкое манипулирование документами, — но, как назло, по всем научным инстанциям Кибертрона в последние астроциклы зачастили инспекции с проверками, от которых увернуться было никак нельзя. Праксус первым испытал на себе поговорку «готов к войне — не готов к параду», и поэтому ректора, деканы и прочее начальство было готово даже к небольшим сокращениям, дабы умилостивить излишне настырную комиссию. И, естественно, тот факт, что наняли нового геолога, а предыдущий по датам ещё не уволен, не ускользнул бы от проницательной инспекторской оптики.

Конечно, вслух Старскриму этих подробностей не говорили. Его просто поставили перед фактом, оправдывая такой ход необходимостью и взамен предложив чисто химическую должность с меньшим окладом, однако сикер прекрасно понимал, чьих манипуляторов это дело. Его увольнять было не за что, но Финглид, шлакодел, спустя ворны таки добился своего. Дождался, гад, лишь бы воспользоваться обстоятельствами и пропихнуть своего протеже, а ведь мог просто не затевать эту авантюру, и одним поводом для беспокойства перед инспекцией было бы меньше. Ощущение морального поражения задевало падкую на победы Искру Старскрима даже больше, чем известие о том, что теперь ему по сути надо искать новую работу.

Самое противное заключалось в том, что Старскрим в чём-то Финглида понимал и на его месте поступил бы почти так же. Уровень хитрости у обоих был примерно одинаков.

Сикер дошёл до своего отсека в разобранных чувствах. Уселся за рабочий стол и уронил шлем на манипуляторы, даже не потрудившись заблокировать двери. Процессоры не желали мириться с положением, тут же начав поиск альтернативного решения. Допустим, он завершит эту шаркову экспедицию (если тут ему, конечно, ещё осталось что завершать) и перейдёт к химикам. Что в этом случае? Ничего не ухудшится и не улучшится. Свои его с радостью примут, но в этом случае он рискует просидеть на одном месте десятки ворн, что Старскрима категорически не устраивало. Либо же он может переждать проверку и тогда попробовать пробиться куда-то ещё. Конечно, никаких гарантий, что Финглид не начнёт интриговать снова или что удастся сразу перейти на лучшее место, никто не давал, но, как известно, кто не рискует, тот не пьёт сверхзаряженное. Получить некоторую передышку и снова начать действовать — это была оптимальная программа действий. Да и лишний раз прочистить процессоры Финглиду в качестве реванша не помешает.

А можно принять вариант с межпланетными исследованиями института и уйти совсем. Конечно, в этом случае риск возрастает ещё больше — Старскрим слышал, что Скайфайр редко кого берёт под своё персональное начало и придирчиво отсеивает кандидатов, однако сикер не зря выкраивал свободные клики, тщательно составляя подробное резюме, готовясь отвечать на внезапные вопросы и моделируя про себя различные варианты будущего собеседования.

Последнее привлекало куда больше.

Межпланетные исследования… В этом случае доход оставался прежним, зато появлялась возможность более частых вылетов, и — возможность свободы. Если в той иерархии, в которой сейчас находился Старскрим, всё было строго распределено по определённой схеме, то те, кто работал в лабораториях, подчинялись только своему руководителю, начальнику отдела да самому директору организации. И то, чем занимались межпланетные исследователи, было новым для него, необычным и очень интересным. А Старскрим никогда не упускал возможности узнать что-нибудь новое — естественно, при условии, что в новой области его умения бы пригодились. Это не только шанс на новые знания, это возможность расширить свой потенциал и, чем квинт не шутит, повидать Вселенную.

Значит, исследования? А не останется ли он без работы, если уйдёт прямо сейчас, а Скайфайр его не примет или хуже того — сразу не скажет ни «да», ни «нет»?

Старскрим вспомнил Реактива. Если он решится насовсем уйти из Академии в институт, то они смогут там увидеться. Может, Реактив даже согласится помочь… хотя нет, этот вариант отпадает. Надо действовать самому. Однако, несмотря на виртуальные разногласия, Старскрим положительно воспринимал шанс встретиться с собратом по науке ещё раз. Всё-таки они здорово вместе спаслись! Повезло…

Что-то еле тёплое дотронулось до манипулятора, и задумавшийся сикер от неожиданности шарахнулся, едва не снеся со стола инфорамки.

Прямо перед ним на столе сидел… органик. Совсем мелкий, на ладонь еле хватит. Сидел и смотрел на него, периодически издавая сверчащие звуки. В его крошечных чёрных оптосенсорах застыл уже пережитый где-то страх. И этот взгляд был очень внимательным. Направленным.

— Какого?..

Снова сверчанье. Оптика работала штатно, органик никуда не собирался исчезать. Списать его на чьи-то шуточки тоже было затруднительно — члены экспедиции обходили обитателей планеты десятой дорогой.

— Ты вообще как сюда пролез, мягкотелое? — слегка брезгливо поинтересовался Старскрим. Впрочем, скрыть своё же любопытство от самого себя ему не удалось.

Что органик делает в его отсеке, можно было не гадать — двери не были закрыты. А вот как он влез на стол, который был для него небоскрёбом, сикер понять не мог. Зачем он сюда забрался? Откуда?

Органик опять засверчал и подполз ближе, явно желая влезть на манипулятор. Старскрим тут же отдёрнул конечность.

— А ну кыш!

Тот сжался, но с места не сдвинулся.

— Вон отсюда. Шуруй!

Но органик даже не пошевелился. Только смотрел. И даже явный приказ в голосе на него не подействовал.

Он что, вообще не боится? Тормоза отсутствуют?

Старскрим включил сканер и осторожно склонился над непрошеным гостем. Показатели были сходны с показателями летучих органиков, которых он встречал во время своих ежевечерних полётов — тот же комок белка, углеводов и ещё кучи микроэлементов, только покрытый густой чёрной шерстью. Четыре лапы, короткий хвост. Ничего особенного.

— Кыш, — уже не так уверенно повторил Старскрим.

Сверчанье. Жалобное.

— Я тебе не служба спасения. Пшёл.

Сверчанье.

Старскрим звучно хлопнул себя по шлему. Сковырнуть его, что ли? Но делать этого почему-то не хотелось. Что-то в этом упрямом органике было слишком знакомым.

Функция опознания развернула нужный файл. Ну конечно. Это ведь его вытаскивал Реактив из чахлого куста. Или не его, но кого-то очень похожего. Точно.

Напоминание о джете вернуло мысли в прежнее русло. Органик проникновенно смотрел кибертронцу в оптику. Нет, прогнать не выйдет… Старскрим ещё клик играл с органиком в гляделки и, в конце концов, осторожно протянул манипулятор ладонью вверх.

Органик тут же залез на неё и разразился целой серией коротких звонких сверчков.

— Да чтоб тебя… — пробормотал Старскрим, удивляясь сам себе. Он взял на манипулятор органика. Без всякой обработки. Без предварительного взаимодействия. Без всякой осторожности! Как ни странно, никакого отвращения он не чувствовал. Мягкое тельце едва заметно вибрировало, словно в него встроили крошечный движок.

— На холостых работаешь, что ли?

Сверчанье.

Старскрим поднёс манипулятор к окулярам, разглядывая гостя во всех подробностях. Может, он как раз и сможет выяснить, как и на чём функционируют органики? В конце концов, он не только геолог, он ещё и химик. Вибрация зверька неожиданно отозвалась приятным покалыванием в датчиках, а чёрные шерстинки встали дыбом.

Значит, межпланетные исследования.

И к шаркам Финглида!

*

Райвер оказался прав. Подмогу на Джерун прислать отказались — «нет ресурсов», «в данный момент не имеем возможности», «опасная органика», «тектонический фактор». Наслушавшись неуверенных отговорок, начальник экспедиции в конце концов прямо потребовал конкретно сказать, что им делать, особо указав на состояние Винса. Однозначный приказ возвращаться был отдан с плохо скрываемым облегчением; впрочем, на иной итог беседы Райвер и не рассчитывал. Скайфайр, первым встретившийся ему на пути из пункта связи, только оптозатворы прикрыл, но спорить не стал. Джета сейчас беспокоили не столько землетрясения — всё-таки материал у них уже был — сколько то, что придётся возвращаться в шумный Иакон и вновь думать над кандидатурой заместителя. Пока он тут работал, посторонние мысли и опасения совсем было оставили его, а теперь экспедиция была непоправимо сорвана. Несмотря на всё произошедшее, Джерун Скайфайру понравился. Тут было так… тихо. И очень красиво. Несмотря на катастрофу, это была первая планета, с которой совсем не хотелось улетать.

Эйра после пещеры Скайфайр больше не видел. Тот не приходил и больше не летал по вечерам. Было немного неуютно — вместе спастись и молча разбежаться в разные стороны.

Ещё он не мог нигде найти таулана. Зверёк тогда как убежал, перевернув всё вверх дном, так и исчез, будто сквозь землю провалился. Вспомнив соответствующую поговорке судьбу приборов, джет невольно вздрогнул. Оставалось только надеяться, что малыш успел уйти подальше или где-то переждал всю свистопляску. Он маленький, юркий, должен выжить…

Разбирая портативную лабораторию, в которой тоже много чего требовало ремонта, Скайфайр ощущал смутное разочарование. Если бы его попросили назвать причину такого настроения, он бы только пожал плечами; причина ему самому была не до конца ясна. Срыв экспедиции? Конечно, но не только он. Расставание с планетой? Сантименты, хотя правда в этом есть. Необходимость возвращения? Тоже доля депрессии. Как ни странно, это разочарование отступало, стоило ему вспомнить всё произошедшее непосредственно в пещере. Видеофрагмент с неумолимо наступающей лавой прокручивался на экране раз за разом, пробирая какой-то нездоровой предвкушающей дрожью, а от воспоминания о том, каково висеть над озером кислотных гейзеров, сжималась Искра. Почему-то к невольному возбуждению протоколов безопасности добавлялось ещё одно чувство, определение которому Скайфайр упорно не хотел давать. Оно заставляло нагреваться энергон в реакторе и лихорадило поля, что обычно было прерогативой особых присадок и синтетиков… или хорошей драки. Джет боялся признаться сам себе, что ему понравилось сражение за собственный актив в шаге от вечного оффлайна. Подпрограммно он был совсем не против оказаться в центре этой зажигательной схватки ещё раз.

Такая жажда приключений, обычно ему несвойственная, была одной из причин, по которым Скайфайр не стал возражать против скорейшего отлёта. Ещё никогда в его экспедиции не вторгались сумасшедшие стихии, и проверять свою внезапную смелость он не хотел. Дураков нет.

Ещё ротацию спустя все сборы были закончены. Могли управиться и быстрее, пахали как проклятые, но с повреждёнными опорами бортовой компьютер звездолёта просто не дал бы команду старта. К счастью, в это дело впрягли ремонтных дронов из грузового отсека, которые оперативно занялись починкой, но вылет несколько задержался.

Наконец наступил час отлёта. Скайфайр занёс на корабль геодезические треноги и вышел на всё ещё не убранный трап в последний раз полюбоваться планетой. Вернётся он сюда или нет, джет не знал. Неистово орали в кустах мелкие инсектоиды. Заходящие солнца осветили розовым ближайший холм, и почти всё небо окрасилось оттенками красного спектра. Очень яркие цвета, резкие, неприятные, однако по-хищному красивые. В предыдущие вечера такого явления не наблюдалось.

Скайфайр заметил в восточном небесном секторе скопление тяжёлых кучевых облаков. Он знал, что такая форма воздушно-водяных масс свидетельствует о грядущем ухудшении погоды. Судя по массе и цвету этого конкретного фронта, сюда двигалось не просто ухудшение — применив зумирование, джет разглядел тонкие и гибкие струйки смерчей, целенаправленно спускавшиеся из облаков к земле.

— Чудесное зрелище.

В знакомом голосе прозвучало нездоровое воодушевление, будто его обладателю нравилась предстоящая буря.

Скайфайр повернул голову. Эйр! Опять он завис так, что не заметил чужой маркер. Неужели сикер пришёл пожелать удачного полёта? И как только узнал?

— Доброго цикла…

— Это смотря для кого он добрый, но спасибо, — ответил с непонятной интонацией Эйр, стоявший в пяти мичаметрах от трапа. То ли он комментировал небесную ситуацию, то ли думал о чём-то своём.

Мехи некоторое время молчали, не зная, что сказать друг другу без банальностей. В накалённой статикой и злыми закатными цветами атмосфере любое слово казалось сказанным не к месту.

— Ты тогда быстро ушёл, — наконец вымолвил Скайфайр.

— Не хотел мешать. У вас творился полный квинтец.

— Да. Один сейчас в стазисе валяется.

— Плохо, — лаконично оценил ситуацию Эйр. — Поэтому и летите.

— Да. Но я не хочу.

Тот поднял одну оптогрань.

— Почему?

— Не знаю.

— Тебе нравится эта планета?

— Как сказать… — повёл плечом Скайфайр. — Она странная. Неповторимая. Иногда пугающая, но удивительная.

— Тогда что именно тебя беспокоит?

На этот вопрос ответить было нелегко. Эйр тонко сумел уловить то неясное, что томило охочую ко всему неизведанному Искру Скайфайра.

— Почему ты решил меня спасать? — сменил тему он.

Теперь замялся уже сикер.

— Просто спас. Ты хотел в кислоту улететь?

— Нет, но ты боялся, — внимательно посмотрел в его оптику джет. — Ты это не из чувства долга сделал. Ты хотел сначала сбежать, я видел. Так почему?

— Но не сбежал! — по серому фейсплету Эйра пронеслась тень раздражения и тут же исчезла. — Может, я и боялся, но кто ничего не боится, тот либо идиот, либо дезактив. А часто и то и другое.

— Хочешь напомнить мне старую пословицу о настоящем мужестве?

— Я ничего не хочу напоминать. Больше не спрашивай, почему. Не знаю. Спас, и всё.

— Спасибо.

Эйр отвёл взгляд.

— Ну… без тебя я бы из того… коридора… не вышел, — пробормотал он, словно не желая признавать свои слабости.

Снова повисло молчание.

— Почему у меня впечатление, что ты пришёл сюда не просто так? — подтолкнул его Скайфайр. — Выкладывай.

— Тут кое-кто хочет с тобой попрощаться, — Эйр посмотрел себе под ноги.

Скайфайр пригляделся и очень удивился, когда узнал таулана, прижавшегося к сикерской ноге. Зверёк звонко сверчанул.

— Это он?!

— Он к Юникрону на рога от эпицентра сбежал. Я его у себя на столе нашёл, он дрожал и убежища клянчил. И сегодня за мной тоже почапал. Я его шуганул, а ему всё равно! Что у него в биопроцессоре творится — одному Праймусу известно, и чтоб я ещё раз органика к себе на борт взял!

— Надо же…

Скайфайр сошёл с трапа и присел перед потрусившим ему навстречу тауланом.

— Привет, чернявый… Ты квинтовски умён, да?

Эйр фыркнул.

— Ты как фем со своей бэтой.

— Он у меня в отсеке жил, — поднял на него оптику Скайфайр. — Я просто рад, что с ним всё в порядке, только и всего.

— Интересная у него на тебя реакция. Похоже на сознательную эмоциональную привязанность, как у связанных долгом Искры. Я по цвету на тебя похож — может, он меня как наводку использовал?

Окуляры Скайфайра загорелись ярче.

— Гениально!

— Что гениально?

— Твоя догадка насчёт долга. Я же ему лапу вправлял, а начал с того, что вытащил из кустов после нападения хищника! Это хорошая теория.

— Так у него же Искры нет.

— Нет, но ты верно описал его поведение. Это психология. Органики — не дроны, у них есть личность и самосознание. Вот только в каком формате оно у них хранится, кто его спроектировал и вложил в них, никто не знает.

Наступило молчание — Скайфайр пальцем поглаживал таулана по мохнатой спинке, Эйр наблюдал.

— Кстати, насчёт реакции, — джет в последний раз погладил зверька и выпрямился во весь рост. — За два орна до начала землетрясения он начал странно себя вести.

— Как?

— Впал в панику. Беспокоился. Носился у меня по отсеку и орал. А тем утром как раз сбежал. Может, это и не так, но мне кажется, что он демонстрировал предчувствие.

— Думаешь, он что-то чувствовал? — задумался Эйр, подперев манипулятором подбородок. — У него ведь и датчиков тоже нет.

— Он меня предупредить пытался! — понял Скайфайр. — Все его тогдашние фокусы и плохое поведение — оттуда. А потом, когда опасность уже стала слишком близка, он сбежал.

— Я читал о том, что некоторые органики способны предсказывать погоду, но чтобы за целых два орна? Чем же он тогда это чувствовал, и, главное, что именно анализировал?

— Не знаю, но у меня есть некоторые догадки. Мы ведь кибернетические механизмы, в комплект нашей сенсорики входят анализаторы магнитного поля. Наши назальные рецепторы во много раз чувствительнее, чем у всех известных нам рас. И ты только что сказал кое-что, что навело меня на одну мысль. Астроцикл назад праксианцы издали сборник статей о расовом поведении, так вот там было что-то о том, что у некоторых рас, в том числе и у низших органиков, имеется встроенная ориентировка в пространстве, некая программа — они всегда знают, где находится та или иная сторона света и откуда придёт опасность. Это что-то вроде наших протоколов ориентирования или лётного компаса. Я думаю, что его, — Скайфайр ткнул пальцем в таулана, — предчувствия тоже могли быть частью подобной программы. Не знаю, на что он ориентировался — может, на колебания того же магнитного поля, запах или очень слабые вибрации земной коры — но он это чувствовал.

— Хм… вполне вероятно, — ответил Эйр. — Или это просто некий дар свыше, если наша сенсорика подобных предвестников не регистрирует.

— Вообще-то регистрирует, но мы этого почти не замечаем. Я не верю во вмешательство доброго Создателя.

*Скайфайр, через клик взлетаем.*, — пришло сообщение по внутренней.

*Один момент.*

— Мне пора идти.

— Пригрозили закрыть шлюз и оставить тебя снаружи? — поинтересовался наблюдавший за ним Эйр.

— Не отвяжутся, — хмыкнул джет, поднимая зверька на манипуляторы. — Я тогда снаружи буду радары раздражать.

— А почему ты сразу от Кибертрона альт-формой не пользовался?

— Зачем упускать возможность полетать на шару? Да и мне в такую даль просто лень, — честно признался Скайфайр, сгружая тревожно засверчавшего таулана Эйру на ладони. — Всё, малыш. Пора прощаться.

— Ты вручаешь его мне?

— А кому ещё? Его место здесь.

*Скайфайр!*

— Иди, — слегка поклонился сикер, отступая как можно дальше от места взлёта.

Скайфайр ответил ему таким же поклоном и ступил на трап. Прежде чем исчезнуть в недрах звездолёта, он оглянулся. Таулан умоляюще протянул к нему крошечные лапки.

— До свидания, малыш. Не скучай. А с тобой в датанете встретимся.

— Хоть напиши мне, как тебя на самом деле зовут! — повысил голос Эйр.

Последней реплики Скайфайр уже не услышал — гермодверь с щелчком закрылась.

Взревели посадочные двигатели, и звездолёт ушёл в предгрозовое небо, оставив сикера в одиночестве.

*

Старскрим улетел на Кибертрон через несколько орн после того, как проводил Реактива.

Он оказался прав в своих карьерных предположениях. Почти.

Вместе с ним улетела большая часть академической экспедиции. Накануне они тихо обсуждали проблемы экспедиции института. Насмешек не было. Академисты сочувствовали коллегам за кубом энергона и иногда поглядывали на резко помрачневшего Старскрима. Впрочем, они не злорадствовали, так как привычка Финглида вербовать своих ставленников и его тяжёлый характер были всем известны. Нельзя сказать, однако, что у самого сикера характер, равно как и настроение, были намного лучше.

Его вызвали сразу же после приземления в Иаконе, дав только несколько джооров на передышку. Следовало сдать образцы, предоставить отчёт, разобраться с текущими вопросами, подписать документ об увольнении, согласиться (или не согласиться) на другую должность и прочее, и прочее. Всё это заняло у Старскрима не один орн. Решение о переходе в институт было теперь решено окончательно и обжалованию не подлежало — он сумел узнать, что Скайфайр ищет не просто ещё одного сотрудника, а заместителя, так как предыдущий, по слухам, уволился по состоянию систем. В последний рабочий орн за ним из-под кафедры геологии увязался какой-то гонщик, поглядывавший на него с невыносимым пиететом и пытавшийся развести на большее, чем холодные односложные ответы. Старскрим принял его за типичного студента-прогульщика, и только когда в отделе кадров их представили друг другу, он осознал, что вот это ярко-синее нечто — протеже Финглида и его преемник. Ну и ну! Этот колёсный теперь будет штатным геологом? Вчерашний юнлинг? Оквинтеть!

— У вас уже были экспедиции? — нарочито любезно поинтересовался Старскрим, ставя электронную подпись с независимым видом.

— Пока ещё нет, — пожал плечами гонщик.

— А когда вы получили степень?

— Декацикл назад…

Старскрим буквально затылком ощутил желание слушавшего беседу кадровика взять ёмкость с кристаллами и усесться поудобнее. Декацикл! Твою альфу!

— И в каком направлении планируете работать?

— Я читал все ваши статьи, поэтому, скорее всего, продолжу вашу концепцию, — с готовностью ответил гонщик. — Вы разработали потрясающий материал.

Не сумевший подобрать внятного ответа Старскрим несколько мгновений молча смотрел на него. Он знал, что Финглид не позволит кому бы то ни было из своих фаворитов продавливать свою линию, и, тем не менее, этот раскрашенный мех вёл себя так, будто встретил кумира на треке. Это что, лесть? Ну, не на такого напал.

— Желаю удачи, — коротко кивнул Старскрим и вышел.

Он не успел уйти далеко, когда гонщик нагнал его.

— Я знаю, что вы обо всём этом думаете… — поспешно заговорил он.

— Неужели? — ухмыльнулся Старскрим, не сбавляя шага.

— …но я действительно согласен с тем, что вы делали. У меня мало опыта. Вы могли бы остаться консультантом…

— Молодой мех, — решил прояснить этот вопрос раз и навсегда Старскрим, — я преподавал только для стажа и никогда никого не консультирую. Кроме того, я официально снят с должности геолога и на другую не поступаю по причине перехода в институт. Разбирайтесь сами, я здесь уже ничего не решаю.

— В институт? — растерялся синий.

— Да.

— Тогда, может, всё-таки посоветуете что-то? Вы же всё знаете, а я ещё не совсем освоился.

Старскрим остановился. Если гонщик и льстил, то, по крайней мере, был очень настойчив. Степень, говорите? Да это наивная бэта!

— Дам только один совет — обдумывать всё самостоятельно. Финглид за вас работу не сделает.

— Э-э… — стушевался преемник.

— Вы полностью согласны с моими статьями? — задал внезапный вопрос Старскрим.

— В вопросе красного кристаллического энергона — нет, — последовал быстрый ответ. — У него не слишком понятная природа. Я даже микроскопический анализ среза делал, и по предварительным результатам…

Старскрим некоторое время молча слушал гонщика, потом вдруг поднял ладонь. Тот озадаченно умолк.

— Считайте, что собеседование вы прошли, — сикер ещё раз ухмыльнулся и, развернувшись на дожигателях, пошёл дальше.

С остальными коллегами Старскрим распрощался довольно тепло. Всё-таки он провёл под сенью Академии большую часть своего функционирования, получил здесь хорошее образование и сделал карьеру, у него тут оставались некоторые сокурсники и много хороших знакомых. Старскрим не винил их за своё увольнение и только пожелал им успехов — среди академистов было много умных, талантливых мехов, которые заслуживали лучшего.

Перечисленной ему суммы должно было хватить на первое время. Теперь он, наконец, мог полностью уделить время финальной подготовке к встрече с руководителем межпланетной лаборатории Скайфайром.

Окончательно Старскрим покинул Академию пять ротаций спустя после своей подписи. Перешагнув порог своего скромного жилища (из которого, кстати, уже и переехать бы надо…), сикер заблокировал двери и задумчиво уселся прямо на пол. Прошлое прошлым, а сейчас надо смотреть в будущее. И сделать так, чтобы это будущее было блестящим и очень интересным. На меньшее он был не согласен.

Сбоку раздалось знакомое сверчанье. Старскрим не глядя подхватил таулана на манипуляторы, внимательно осмотрел и поставил на пол. Дольше, чем полклика, он его на своём драгоценном корпусе никогда не держал, но хитрый зверёк нашёл лазейку к вожделенным объятиям — он покорно исчезал, потом тихонько подползал снова, и всё повторялось сначала. Иногда он устраивался под боком и засыпал, кутаясь в сикерское энергополе, как в тёплый кокон.

О том, как таулан умудрился остаться при нём, Старскрим никому не рассказывал, даже Реактиву из-за увольнения ещё не успел написать. Никто не знал, что у него в кварте обитает маленький инопланетный органик, да и сам он себе удивлялся. Каждый орн сикер обещал себе зарегистрировать его, отправить на исследования или, чем квинт не шутит, найти способ вернуть зверька на Джерун. И каждый вечер это без сомнения твёрдое решение откладывалось на завтра.

Конкретно в нынешнее завтра предстоял важный орн. Старскрим вспомнил утренний разговор с одногруппником по обучающей секции — тот восхищённо описывал конференцию в Восе, которую вёл Скайфайр. Эта конференция состоялась незадолго до экспедиции, но сам Старскрим тогда был занят и в Вос не полетел. Однако приятель сделал запись конференции и переслал файл ему, с чем молодой учёный и собирался скоротать сегодняшний вечер. Под этой легкомысленной формулировкой пряталось судьбоносное намерение познакомиться наконец с потенциальным шефом, пусть даже и по записи. Завтра он, конечно, увидит его наяву, но подготовиться и посмотреть на Скайфайра прямо в рабочем процессе не помешает. Не зря же его, наверное, так расхваливают! Впрочем, его монография тоже доказывала, что её автор не шлаком клёпан.

Старскрим захватил энергонных палочек и с удобством устроился на платформе «портить дентопластины» и «втыкать в экран». Любовь к палочкам осталась у него ещё со спарковских времён, как и привычка долго возиться на одном месте. Нужная запись нашлась достаточно быстро. Старскрим скачал её на датапад, отправил в рот первую палочку и запустил ролик.

Клик спустя он изумлённо смотрел в экран, гадая, а не поиздевались ли над ним и не настигли ли его видеоглюки. Заглянувший в датапад таулан резко вскинулся и протянул лапу, пытаясь достать изображение. Похоже, с узнаванием у зверька было всё в порядке, а вот Старскрим с такими потрясающими совпадениями ещё не сталкивался. Алые окуляры едва не выехали из орбит, глядя на знакомую белую фигуру, вдохновенно вещавшую с высоты восианской кафедры и державшую на себе всё внимание крылатых зрителей.

— Да быть того не может!

Раздавшаяся под боком серия радостных сверчков доказала, что ещё как может.

*

В первый орн после отпуска, положенного ему сразу после командировки, Скайфайр отправился на работу очень рано.

Во-первых, надо было привести лабораторию в рабочий порядок после своего отсутствия — он знал, что младшие сотрудники по сути валяли шарка всё это время с его же молчаливого согласия. Во-вторых прямо вытекало из во-первых — в грузовых сабспейсах Скайфайра находилось множество драгоценных образцов, вывезенных с Джеруна и требующих того оборудования, которое могла предоставить лишь стационарная лаборатория. Это означало, что в ближайшие декациклы будет над чем работать. В-третьих (и об этом он опять едва не забыл), сегодня предстояла встреча с потенциальным кандидатом в заместители, со Старскримом — и этот пункт почему-то вызывал ощущение грустной рутины, смешанное со страхом и желанием банально откосить от собеседования. Да, Скайфайр боялся — не самого претендента, а того, что кто-то посторонний вмешается в слаженную работу лаборатории, что столкнутся две совершенно разные точки зрения, что этот незнакомый мех ещё неизвестен ему, а значит, непредсказуем. За своё место Скайфайр не беспокоился; он не сомневался в своей работе и имел полное право отказать кандидату, но эта неизвестность его напрягала и будоражила.

«Младший» дуэт — мех и фем, бывшие искровыми близнецами — встретили шефа шумными поздравлениями с прилётом. Практикант, по их словам, обещал быть «слегка позже». Поручив близняшкам сортировку и размещение образцов, Скайфайр удалился в подсобку, чтобы дооформить отчёт о командировке ректору, а потом надолго вышел за пределы лаборатории по мелким и не очень мелким делам, которых у него за время отсутствия накопилось уйма. В научной части его перехватили с вопросами по рядовой документации, которую обычно заполнял младший персонал. Затем отвечающий за всю историю достижений Научного института архивариус сумел затащить его к себе «на кубик энергончику», как он выразился — Скайфайр только спустя джоор обнаружил, что с энтузиазмом рассказывает старому другу о своём путешествии, забыв о времени. Потом он заглянул к соседям — таким же руководителям и ведущим учёным, как и он сам, и поговорил с теми, кто был с ним в экспедиции. Сразу же после этих визитов распространилась новость, что в институт только-только поступил новый сверхточный хроноскоп, чего уже сам Скайфайр не пожелал пропустить, надолго задержавшись у сложного и чувствительного механизма, который даже распаковали ещё не полностью. И это не считая регулярных вопросов от встречных знакомых и планирования совещаний учёного совета. Всё это на время вытеснило из приоритета предстоящую встречу. В итоге в ректорский блок джет попал далеко не сразу — к тому времени, как он в обнимку с отчётом дошёл туда, уже наступил второй полуорн.

— …как это где? Где? У главного техника, конечно, у кого же ещё! Чего?.. Нет, ещё не подписывали. Нет, пока не надо… Не надо, я сказал! — слышался в приёмной звучный вокалайзер Триггерфорста. Скайфайр кивнул секретарю, подождал, пока выговорится неизвестный собеседник, обладавший характерным говором уроженца Полигекса, и зашёл в просторный начальственный отсек как раз тогда, когда ректор выключил видеосвязь.

— Ну ты и нашёл себе заместителя! Гениально! — воскликнул он, увидев джета.

— Что? — не понял Скайфайр, включая датапад.

— А то, что ты это виртуозно проделал, — ответил Триггерфорст. — Найти его прямо в этой командировке и тут же переманить — процессору непостижимо! Сколько ворн живу, а такого изящного приёма на работу ещё не видел… Он-то мне уже всё рассказал, а вот как ты его убедил?

— Погоди, — ничего не понимающий Скайфайр поспешил сбыть отчёт на стол. — Какой помощник? Какой приём? Мне встреча с кандидатом сегодня только предстоит.

— Так он только что был здесь. Старскрим. Вы разве не столкнулись?

— Нет… Он уже здесь? Почему мне никто не сказал? Я же назначил ему время!

— Это твоё время наступило ещё джоор тому назад! Ты же куда-то из лаборатории ушёл, тебя один шарк добудешься.

Скайфайр машинально проверил внутренние вызовы — так и есть, несколько пропущенных. Хронометр тоже показывал, что встречу он уже прохлопал. Так хотел об этом забыть, что ему это удалось. Шеф-болван…

— Старскрим и явился прямо ко мне, — продолжал Триггерфорст, — Кикс его почему-то в момент пропустил, но не суть. Зараза крылатая. Сел по-хозяйски и как начал… Ты говорил, что особых проблем у тебя не возникло, а он мне рассказывает какую-то эпическую поэму с приключениями. Знал бы я, какая там на самом деле сейсмоактивность — вообще вас всех на планету бы не пустил! Беготня в вулканической пещере и кислотные гейзеры, с процессора съехать! Это вам обоим ещё повезло.

Обоим? Но с ним в джерунианской пещере находился только Эйр. Эйр из Академии, с которым они поспорили на позывные…

Погодите-ка…

— Так это был Старскрим?! — потрясённо спросил у Вселенной Скайфайр.

— Ну конечно, Старскрим, а кто же ещё, — ответил вместо Вселенной ректор. — Ты разве не помнишь, с кем свой актив спасал?

— У него в досье голофото не было, а его позывной я сам забыл спросить. И он мой тоже не спрашивал. Откуда он узнал, что это я?

— Этого он не сказал. Как же вы там общались?

— По виртуальным псевдонимам. У нас была долгая дискуссия в датанете, и после пещеры случайно выяснилось, что мы с ним заключили пари на свои позывные… Я даже не подозревал, что он — Старскрим!

Триггерфорст закатил оптику.

— Вы оба меня до коллапса Искры доведёте. Поругаться в сети, потом вместе спастись и при этом даже не поинтересоваться, кто из вас кто — это просто… Об этом ещё ворны будут вспоминать!

— Ненавижу сплетни…

— Это не сплетни, это сюжет для анекдота! Иди и поговори с ним. Как бы там ни было, но этот шарк умён, я уже с ним побеседовал. Нам такие нужны. И твоей лаборатории будет лучше. В общем, решай.

От ректора Скайфайр возвращался быстрым шагом. На него оборачивались, поскольку видеть всегда собранного и приветливого шефа межпланетной лаборатории с таким рассеянным фейсплетом не привыкли, а кому-то даже пришлось поспешно убраться с дороги — сейчас он и гештальт бы перед собой не заметил. Поверить в происходящее было невозможно, и, тем не менее, сегодня всё произошедшее в последнее время сложилось в единую картину. Сикерское имя ещё можно было списать на случайность — не раз бывало, что новому трансформеру давался позывной, прямо противоположный его альтмоду, а в одной только Иаконской Академии училось и работало огромное количество мехов. Но вот то, что Эйр (Старскрим, тут же услужливо напомнил процессор) как-то упоминал свою вторую — химическую — специальность, резко сужало круг поиска. Обладателей сразу двух специальностей было не так много, что было связано с появлением новых узкопрофильных специализаций. Слова же ректора окончательно подтверждали личность кандидата — врать бы Триггерфорст не стал, случившееся на Джеруне было слишком серьёзным. Как же он, Скайфайр, умудрился всё это упустить?

Джет почти влетел в лабораторию и тут же застыл в дверях. Старскрим собственной персоной непринуждённо сидел прямо на запасном столе и бойко точил лясы с развесившей аудио молодёжью.

Увидев Скайфайра, сикер тут же соскочил со стола. Джет смотрел на него, пока тот шёл навстречу — тот же серый фейс, те же белые с алым крылья, те же манеры. Только теперь перед ним был не сумевший преодолеть свою клаустрофобию Эйр, а бывший геолог Академии Старскрим, явившийся на собеседование на должность заместителя. Виртуальный знакомый, спасшийся из пещеры летун и перспективный учёный — всё это был один и тот же трансформер.

— Ты промолчал! — воскликнул джет.

— Ты тоже промолчал! — не остался в долгу Старскрим, остановившись в двух шагах от Скайфайра. — Почему ты не сказал, что ты и есть тот самый Скайфайр?

— А ты спрашивал? Ты ведь наверняка знал, кто я такой, но не раскрыл все фишки.

— Нет, не знал. Я только вчера запись твоей конференции для подготовки посмотрел, и тогда только понял, кто ты. Я не мог знать, как выглядит Скайфайр, а вот ты обо мне, скорее всего, с самого начала знал.

— Нет.

Старскрим удивился.

— Как это нет? Разве это не было тестом на профпригодность в полевых условиях?

— Не было, — честно ответил Скайфайр. — Я тебя в том каньоне впервые видел. В твоём досье не было голофото.

Сикер молча закрыл фейс ладонью.

— Дурацкий спор.

— Дурацкий.

Повисло молчание. «Младшие» озадаченно переводили оптику с одного на другого. Старскрим отнял ладонь и взглянул на джета почему-то очень нерешительно. Ну… он ведь за собеседованием пришёл, верно?

И Скайфайр решился.

— Вот что… Я предлагаю тебе совместную разработку. Настоящую, на основе того, что мы с тобой узнали на Джеруне. Если покажешь высший класс — оформлю на должность в ближайшие орны. Идёт?

Старскрим улыбнулся, демонстрируя острые клыки. Скайфайр уловил облегчение в чужом энергополе и вдруг понял, что утреннее напряжение его самого понемногу отпускает.

— Идёт, джет-босс, — подколол его геолог.

— И твоё резюме мне на стол! Знакомство знакомством, а формальную процедуру ещё никто не отменял.

— Есть, джет-босс.

— Не называй меня боссом. У меня есть позывной.

— Ага, вот теперь-то я буду его знать.

Скайфайр еле удержался от того, чтобы закатить окуляры, и направился к своему рабочему месту.

— Да, кстати: готовь оформление на двоих, — добавили за спиной.

— Каких дво… — Скайфайр обернулся и раскрыл рот от удивления.

Из-под сикерской брони выглядывала очень знакомая чёрная мордашка с глазками-бусинками. Стоило джету попасть в их обзор, как лабораторию огласило звонкое сверчанье. Коллеги все как один дружно попятились.

— Видимо, не такие уж органики и забывчивые, как я думал, — небрежно сказал Старскрим, наслаждаясь всеобщей реакцией. — Когда мы возвращались, я перед выходом из гипера обнаружил, что кое-кто успел сжевать часть наших ботанических образцов. После твоего отлёта он хвостом за мной ходил, тебя, кажется, искал. На кой шарк, спрашивается, я перед вылетом пролетел лишнее расстояние, чтобы оставить его в той норе, откуда он вылез?

— Кто это? — нервно спросил практикант.

— Это что… это как же? — испытавший очередное за этот орн потрясение Скайфайр поспешил бережно принять зверька в ладони. Тот потёрся о металлические пальцы и, успешно идентифицировав их обладателя, удовлетворённо свернулся клубком.

— Видимо, он решил, что на корабле должно быть чётное число пассажиров.

— Я понял, но… Это же органик с далёкой планеты, у которого ни малейшего шанса вернуться! Кибертрон для него может быть опасен, а ты… Ты пронёс сюда инопланетного органика просто так, в сабспейсе! Без дезинфекции! Без протокола!

— Не скажу, чтобы мне доставило удовольствие таскать это у себя под бронёй…

— Он таулан, а не «это»!

— …но не оставлять же его было на звездолёте? Я проверил, он чист и не токсичен, его микроорганизмы для нас безвредны. Здешнюю атмосферу он воспринял нормально. Дезинфекцию я ему тоже сделал. Вот только объясни, чем мы его кормить будем? Мой домашний запас лузианских семян не безграничен.

Понявшие, что органик не столь опасен, как могло показаться сначала, близнецы обступили Скайфайра, наперебой обсуждая наглое пушистое явление. Удерживая таулана в ладонях, джет снова взглянул на Старскрима. Тот пытался казаться невозмутимым, но подрагивающие губы выдавали сикера, что называется, вместе с отсутствующими антеннами. Похоже, что таулан и его не оставил равнодушным. И что теперь со всем этим делать?

— Он что, урчит? — не поверил осязательным датчикам Скайфайр, ощутив мелкую вибрацию тёплого органического тельца.

— Он часто так делает.

— У меня он не урчал…

— Это я на него положительно влияю, — ухмыльнулся Старскрим.

— Но лаборатория может быть для него опасна, — серьёзно сказал практикант, стараясь, впрочем, удерживать дистанцию. — Может, сам он и безвреден, а вот экспериментальные жидкости или энергонное излучение могут повредить уже ему самому. Мы ведь пока точно не знаем, как именно работают системы органиков.

— Он находился рядом с нами длительное время и жил у меня в отсеке, — возразил ему Скайфайр. — Наши Искры излучают, но я пока никаких отклонений у него не заметил.

— Ты хочешь это на опыте проверить? — поинтересовался Старскрим. — А что, отличный материал для ещё одной диссертации. А если у него начнутся неисправности, к ремонтнику, что ли, понесёшь?

— Ни за что, — категорически ответил джет. — Дома поселю. Сделаю ему искусственную экосистему. А с кормёжкой — не проблема, найду поставщиков. И воду буду синтезировать. И нет, не отдам. Он сам не согласится. Я его спас, мне за ним и ухаживать.

— Серьёзно? — поднял надлинзовые Старскрим, радуясь про себя сознательности Скайфайра. Если честно, он не знал, что делал бы, откажись джет от зверька.

— Серьёзно. И, между прочим, я всё ещё имею право выставить тебя отсюда за нарушение правил лабораторной безопасности!

— Да, конечно. Но я принёс тебе этот, хм, «подарок», — кивнул на таулана Старскрим, — разве это не идеальная взятка? И, как я уже сказал, дезинфекцию он прошёл, а вот ты свои манипуляторы ещё и не обрабатывал.

— Шлак, ты прав… а теперь отнеси его в подсобку, — вручил ему обратно зверька Скайфайр. Новый помощник поистине обладал способностью к виртуозному препирательству, блокируя любой словесный выпад. — Нечего ему здесь делать. И, Старскрим…

— Да?

— Спасибо.

Сикер теперь уже откровенно разулыбался в ответ на благодарность нового шефа, чьи поля буквально затопило жизнерадостным умилением. Порой Скайфайр казался ему не взрослее пятиворнового спарка. Старскрим понёс самозабвенно урчащего таулана к соседнему отсеку.

— Начнём через пять кликов! — крикнул ему вдогонку джет.

— Конечно, большой босс, — не сдержался довольный геолог. У него была новая работа, интересный начальник и хорошее настроение.

Может, это и было опрометчивое решение, подумал Скайфайр, глядя ему вслед… а может, и нет. Но Старскрима он испытает по полной — и что-то подсказывало, что это будет интересным опытом.

Точно так же думал и Старскрим, усаживая таулана в найденную упаковку из-под старого микроскопа.

А дальше время покажет.

4 часть

@темы: мой фанфик, закончено, вне фракций, Transformers Generation 1