Captain de La Fer
Отличил гик от ватерштага
Т. к. фик длинный, а отдельные эпизоды даже в комменты не влазят, разбиваю на части.

Название: "Деятели науки"
Автор: Captain de La Fer aka La Fer
Рейтинг: PG-13
Вселенная: TF G1
Законченность: завершено
Жанр: джен, фантастика, дружба, пропущенная сцена
Размер: миди
Персонажи: Скайфайр, Старскрим; фоном несколько ОС и один канонный
Предупреждения: нет
Саммари: Как познакомились и начали сотрудничать друг с другом Старскрим и Скайфайр.
Авторское примечание: Также опубликовано на КФ и transfictions.
Визуал и идея: Transformers _51 by yfm, Transformers 02 by Kagamilei; + фото. Смотреть в тексте, ибо спойлеры.
Единицы длины и времени:

Мичаметр (сокращ. от англ. mechanometre) — ~ 1 метр.
(Термин взят из списка матчасти на тф-форуме.)

Наноклик — 1 секунда.
Клик — 90 секунд/1,5 минуты.
Брийм — 8,3 минуты.
Джоор — ~ 1 час.
Цикл — 2 часа.
Орн — ~ 24 часа.
Ротация — 36 часов.
Декацикл — 3 земных недели.
Астроцикл — ~ 1 солнечный год.
Ворн — ~ 83 земных года.
(Термины взяты из англоязычного фанфика "Little Wonders".)

— Почему мне ничего не сообщили?

Скайфайр хмуро взирал на ректора Иаконского научного института, нынче поставившего его перед неожиданным фактом — уходом напарника, проработавшего достаточно ворн, чтобы заслужить уважение и доверие коллег. Переезд на Парадрон в связи с серьёзными проблемами был, конечно, важной причиной, собственный исправный актив дороже, однако Скайфайр теперь остался единственным шефом лаборатории межпланетных исследований. Троих младших сотрудников, из которых один был практикантом, а двое других только пару ворн тому назад получили свои степени, можно было не брать в расчёт.

Триггерфорст устало потёр шеврон. За сегодняшний орн местная профессура-докторантура успела надоесть ему хуже горького окисла, поэтому он мог думать только о том, как поскорее исчезнуть отсюда домой. Стоявший перед ним высокий тетраджет, впрочем, к надоевшим не относился и виноват в его усталости не был.

— У него достаточно веская причина, Скайфайр.

— Я с этим не спорю, но почему со мной сразу никто не связался? Я бы всё без проблем подписал, но предупредить стоило!

— Пока ты был на восианской конференции, ему резко стало хуже. Десять ротаций тому назад он вдруг блокирнулся прямо в компании атомщиков. Упал, где стоял. Те чуть топливо со страху не слили, но медиков вызвали тут же. Такой скорости я даже в нашем главном госпитале у медботов не видел, но этот был — чистый профессионал.

— Кто был? — не понял Скайфайр.

— Медик, который его забрал. Если бы не он, наш Ренстил уже был бы дезактив. Правда, у этого доктора обнаружились очень вредные поведенческие протоколы… Впрочем, это всё лирика. Он его едва ли не от Праймусовых ворот оттащил, счёт уже на клики шёл.

— Стил — партизан, — проворчал джет. — Молчал, а сам наверняка за подавляющими присадками в перерывах бегал. При мне, ага… Небось ещё и нейросеть блокировал! Ну конечно, скажи он сразу — я бы сам его уволил с оплатой операции, тут же.

— Мы уже оплатили, — кивнул Триггерфорст. — В общем, на Парадроне он пробудет долго, там ему после капитального ремонта ещё ой как долго восстанавливаться. И отсюда я перехожу к главной проблеме: ты остался без помощника.

Официально эта должность именовалась «заместителем руководителя лаборатории №… по профилю…», но в научном обиходе заместителей беззлобно называли помощниками, первыми напарниками или, выражаясь институтским диалектом, «сообщниками по юникроновой кухне». Руководитель у любой лаборатории мог быть только один, а вот уже напарников он имел право взять и сразу нескольких. Конечно, на практике число мест, должностей и даже половинных ставок было сильно ограничено, а рабочие роли в лаборатории по факту распределялись порой обратно формальным признакам. Все руководители делились на два лагеря — тех, кто непосредственно занимался исследованиями и тех, кто только подписывал приказы и лабораторные журналы, не вникая в подробности. Скайфайр относился к первому типу, но его частые межпланетные экспедиции делали должность заместителя крайне необходимой. Пока Ренстил был в здравом (относительно) функционировании, работа шла почти без сбоев даже во время его отсутствия, и общались они друг с другом дружески, как равный с равным. Такая слаженная организация процесса даже позволила им с блеском завершить седьмой эксперимент, за который никто не хотел браться.

— Сам бы я справился, а вот лаборатория — нет, — покачал головой Скайфайр. — Мы со Стилом всё вдвоём решали, и чего требуют наши проекты, ты знаешь. Новый помощник нужен как можно скорее, а я понятия не имею, кому можно это доверить. Младшая троица, конечно, ребята талантливые, но я ни одного из них повысить не могу — по званиям и стажу не подходят.

— Так вот, у меня тут уже нарисовались претенденты на работу под твоим началом, — ректор не глядя потянулся к краю стола, где неосмотрительно возвышалась стопка инфорамок. — Где же этот дата… Ага. Вот оно. Как насчёт Джампстайера? Я знаю, он уже давно хочет с тобой работать.

— Только не Джампстайер, — тут же запротестовал джет. — Он настоящая сволочь, хоть и работоспособная. Стоит этого скраплета впустить в лабораторию, и её сразу можно смело закрывать.

— Он мне уже и запрос прислал. Взглянешь?

— Не хочу. Отошли ему категорический отказ, чтобы больше не зудел на эту тему. Он администратор, а не учёный, пусть им и остаётся. Кого-кого, но его в моей лаборатории не будет!

— Ладно, не заводись, — миролюбиво согласился Триггерфорст. — В конце концов, ты руководитель и сам понимаешь, что к чему. Второй кандидат будет поинтереснее. Он из Академии, ещё молод, но список у него уже внушительный. По немногим отзывам, талант, незаурядный потенциал, хотя самолюбив и слишком самостоятелен. Не в ладах с деканом ядерного факультета… Заинтересовался лабораторией после знакомства с твоей монографией. Вот, посмотри.

Скайфайр принял датапад с сухим запросом, составленным из тех казённых фраз, на которых зиждется любая кадровая бюрократия. В Академии, этом вечном сопернике Научного института, подобный официоз в последнее время был возведён едва ли не в абсолют. От института Академия отличалась тем, что являлась ещё и высшим учебным заведением, давая молодым учёным разностороннее образование и хорошую возможность для защит и карьерного старта. Это было очень старое и сильное учреждение с долгой историей, которому очень мешало увеличение количества документов и стремительное расширение собственных отделов. Казалось бы, обе организации, объединённые наукой и жаждой новых познаний, могли бы работать сообща, но они всегда, сколько себя помнил Скайфайр, стремились обставить друг друга. Сам тетраджет этой конкуренцией, впрочем, не интересовался, умных и маргиналов хватало и там и там.

Итак, позывной — Старскрим. («Как у сикера», — подумал Скайфайр.) Возраст — 410 ворн. Обучение… дипломы по химии и геологии… звание… должность… Переквалификацию проходил два раза, и оба — с наивысшим результатом. Нынешние курсы повышения квалификации практически исключали мухлёж и были суровы по части теории, поэтому на сумевших добиться высоких баллов смотрели с уважением. Далее… перечисление статей… наград… Послужной список у претендента действительно оказался немалым. Даже преподавал? Интересно… Ничего более конкретного, кроме этих лаконичного перечня, о кандидате не указывалось. Голофото также отсутствовало, однако постскриптум вежливо и настойчиво запрашивал встречу именно с самим Скайфайром и ни с кем иным.

Интересно, почему академист вдруг возжелал перейти в противоположный лагерь? Надоели родные пенаты или студенты? Впрочем, с выводами можно было не торопиться. По крайней мере, этот запрос стоит рассмотреть и серьёзно обдумать. Напарник нужен позарез, так или иначе, но Скайфайр привык каждого меха или фем отбирать лично и тщательно, и наличие предыдущих заслуг у претендента, кем бы он ни был, ничего не меняло. С новым коллегой предстоит сработаться заново, узнать, каковы его методы и спецификация, характер и отношение к работе, и, в конце концов, стать с ним заодно, как было с Ренстилом. От этого зависит дальнейшее функционирование далеко не маленькой лаборатории. Хотя, наверное, как с Ренстилом не выйдет. Итак, личная встреча. То, что этот Старскрим не стал сразу навязываться через обменное назначение «сверху» или знакомство, а начал с положенного в таких случаях запроса, добавило ему маленький плюс. Что ж, он, Скайфайр, встретится с ним, но не в этот декацикл. И даже не в следующий.

— Да… с этим кандидатом я могу переговорить, — наконец сказал джет, возвращая датапад. — Но ему придётся подождать. Я, собственно, пришёл за документами за экспедицию.

— Я уже уладил все формальности и переслал тебе, — ответил Триггерфорст, тут же отправляя ответ в Академию по поводу вышеупомянутого Старскрима. — Всё готово. Ваша с Райвером команда вылетает завтра во второй половине орна. Правда, мне тут кассета напела, что Академия тоже сунула туда свою любопытную носовую пластину. Так что в случае чего готовьтесь попрощаться с одиночеством.

— Лететь-то всё равно надо, — философски заметил Скайфайр. — И потом, Джерун — довольно большая планета, населённая органикой. Органику боятся многие, а места там хватит на всех.

— Да уж, ты так и не научился честолюбию.

— А к чему подобные конкурсы? Я занимаюсь наукой, а не состязаниями, это дело спешки не терпит. В конце концов, таких проектов, как у нас, в Академии нет, а мне сейчас нужны природные условия. Всё равно лаборатория пока работает только вполсилы.

— И то верно, — согласился ректор и устало провентилировал. — Ты, главное, собой там зря не рискуй.

Эта заботливая сентенция вызвала у никогда не лезшего на рожон джета смешок. Впрочем, настроение она слегка подняла.

— Ну кто бы говорил!

*

Экспедиция от Академии прилетела на Джерун почти декацикл назад. Едва только самые последние отчёты исследовательских дронов стали достоянием широкой научной публики, как полёт на планету стал делом практически решённым. Состав команды был довольно разношёрстным: специалисты по металлу и руде, физики, метеорологи, один астроном, несколько экспертов разных направлений и ответственные за технику. Такой набор был обусловлен очень широкими целями, обозначенными перед экспедицией, хотя цель практическая, несомненно, главенствовала над остальными.

Дистанцировавшись от сокомандников, эксперт по геологии от Академии Старскрим сидел на краю поросшего чахлой растительностью каньона, развернув походный компьютер и изучая джерунианский грунт. До конца процесса оставалось немного, и он начал размышлять над тем, что беспокоило его в последнее время — над обстановкой у себя на работе и над глупым пари, которое его угораздило заключить с неизвестным учёным из датанета.

Второе было сущей забавой, разве что условия нужно было выполнять наяву: знакомясь с теми, кого раньше не знал, называть свой датанет-псевдоним вместо позывного, и так в течение астроцикла с момента уговора. У Старскрима псевдоним был короткий, но меткий — Air. Его виртуальный противник под скучным именем Reactive оказался до заглючки спокойным и упрямым, аргументируя свою точку зрения неторопливо и вдумчиво, но в корне не соглашаясь с мнением Старскрима. Такая невозмутимая вежливость бесила и внушала одновременно. Хотя, надо отдать ему должное, он был весьма интересным и образованным собеседником. Чем-то его манера изложения напоминала монографию институтского учёного Скайфайра (он что, тоже восианец?), которую геолог прочёл буквально взахлёб и в лабораторию которого подумывал перейти, почти не сомневаясь, что ему не откажут. Насколько он знал, большая часть штата лаборатории состояла из младших сотрудников, а о Скайфайре было известно и того меньше, кроме разве что списка научных заслуг да некоторых положительных отзывов. Попытка не пытка, хорошие пути отхода в случае вероятного увольнения никогда не помешают. Нынешний полёт был последней экспедицией Старскрима в составе Академической команды; увеличение конфликтов на работе и возросший с прошлого ворна блат раздражали вспыльчивого сикера всё больше. Reactive ненароком проболтался, что он тоже из института, Старскрим по ходу разговора случайно зацепился за вопрос сверхпроводимости, тот не согласился с предложенным типом исследовательского оборудования… Дело кончилось тем, что обоим спорщикам запретили доступ к переписке на три орна, вынудив потратившего полночи на дискуссию Старскрима наконец уйти офф.

До недавнего времени Старскрим активно поддерживал конкурентную политику Академии, но в последнее время, решая для себя вопрос с карьерой, понял, что вне конкуренции должен быть он сам. В конце концов, он не соврёт, если скажет, что он действительно лучший. Разве это не его процессоры мгновенно выстраивали нестандартные логические цепочки? Разве не он блестяще защитил диссертацию по прикладной химии в условиях космоса? И разве не он способен летать в небе любой планеты? Да любая научная организация его с радостью примет, вон даже Восианский Аэрокосмический Центр, работавший в основном на орбитальные патрули, дальнюю разведку и подготовку лётных кадров, недавно предлагал место консультанта за хорошие кредиты. Старскрим бы с радостью вернулся в родной город с его парящими прозрачными шпилями, но работать в науке, летая самому по себе, хотелось больше.

Последняя мысль вернула его к текущему анализу. Голоэкран показывал, что до завершения процесса осталось 4,5 клика. Джерун с недавнего времени входил в приграничную полосу Империи, с дальнейшей возможностью стать её полноправной частью, но до сих пор им никто особенно не интересовался. Планета большей частью состояла из металлов и застывшей лавы; под верхним слоем скрывались значительные запасы воды, метана и нескольких видов других газов в меньшем количестве. Ландшафт всё ещё формировался, гравитация была близка к стандартной. Период вращения вокруг собственной оси — около одного орна, вокруг двойной звезды класса «карлик» — три с лишним астроцикла. Ещё Джерун имел пару спутников, один из которых был покрыт почти сплошным льдом и снегом, а второй, поменьше, обладал очень коротким и быстрым лунным циклом. Плоскость эклиптики самой планеты была овально вытянута, порождая по два холодных сезона и по два жарких лета в местный год. Сейчас как раз шло второе лето. А ещё здесь присутствовала органическая жизнь — больше двадцати видов карликовых растений, бактерии, крылатые и примитивные четвероногие. Им повезло, что планета находилась достаточно близко к солнцам, чтобы не замёрзнуть, и достаточно далеко, чтобы не спечься. В основном местные формы жизни предпочитали скрываться в норах, хотя нередко выбирались наружу. Как итог — странная планетка, но для развития будущей колонии вполне пригодная.

И в том, что по соседству обнаружилась вторая экспедиция, от того же института, не было ничего удивительного. Старскрим был уверен, что обе команды чисто случайно успели первыми, дальше и Праксус, и Симфур подтянутся, и ещё много кто. Последние отчёты дронов открыли потенциал возможной добычи газов и металлов, а учёным предоставили возможность поближе познакомиться со страшной, по их мнению, органикой.

Старскрим фыркнул и слегка изменил расположение засидевшегося корпуса. Ну что такого страшного в этих формах жизни? У них слабые сервоприводы и полностью отсутствует металл, а их нейроимпульсы имеют электро-химическую природу, что тормозит процесс мышления и порой даже стирает некоторые данные из памяти (странный термин «мозг» мало подходил к их биопроцессорам, считал учёный). Продолжительность их функционирования исчислялась считанными астроциклами. Тем не менее, кибертронцы продолжали осторожничать, иногда небезосновательно. Один из доцентов на кафедре Старскрима до сих пор с ужасом вспоминал, как привезённый с дальних рубежей крупногабаритный экземпляр слил на него своё вонючее отработанное и вцепился когтями в задние швы трансформации, откуда его под неприличный студенческий хохот не могли отцепить ещё десять кликов. Потом до срыва шлюзов хохотали уже преподаватели, когда более тщательное наблюдение выявило, что органик таким способом просто демонстрировал свой страх.

Да, Старскрим мог презирать подобную форму жизни, но он её совершенно не боялся. Скорее, его отношение к органикам можно было даже назвать брезгливо-любопытным. Они на самом деле бывали весьма интересными, даже когда пугались.

А после этой экспедиции он, скорее всего, уйдёт и сможет наконец стать настоящим учёным, свободным в своём полёте.

Сигнал об окончании анализа вывел его из задумчивости. Старскрим встал, развёл манипуляторы в стороны, приходя в себя после долгого сидения, пошевелил крыльями и стал собираться, когда его внимание вдруг привлекла высокая белая фигура.

Забредший на противоположную сторону каньона институтчик (ибо других трансформеров тут быть не могло) присел, пытаясь достать что-то из-под скрюченного куста. Но сикера поразило не то, что кто-то оказался таким же любителем одиночества во имя науки, а то, что им был тетраджет, причём типичнейший. Цвета его брони были почти такими же, как и у самого Старскрима, только белого больше. Странно, в Иаконе тетраджетов раз-два да обчёлся, да и в Восе их количество в последнее время постепенно сокращалось, уж слишком обособленными они были. Старскрим ни разу не слышал о том, что в Научном институте работает тетраджет, но этих ребят он уважал. Во-первых, хотя бы из хвалёной солидарности всех крылатых, во-вторых, они были уравновешенными, скрытными и мощными, имея неоспоримое преимущество в дальнем перелёте, хоть и потребляли много топлива. Геолог настроил оптику, присматриваясь к действиям тетраджета, и удивился ещё больше, увидев, как тот… бережно вытащил из кустов маленького органика.

Старскрим даже сборы отложил, с интересом наблюдая за дальнейшими действиями крылатого собрата, оправдывающего в данный момент поговорку «друг всему живому». Тот держал испуганно свернувшееся в клубок существо на раскрытых ладонях и, кажется, даже пытался успокоить. Получалось это у него не очень, но тетраджет упорно продолжал свои неуклюжие попытки психопомощи. Убедившись, что органик бежать и не собирается (это, конечно, было бы проблематично с высоты ладоней рослого трансформера), тетраджет стал подниматься со своей ношей вверх по склону, но затем вдруг обернулся. Старскрим понял, что его самого засекли на внутреннем радаре, но принял это как должное, непринуждённо ответив на неторопливый полупоклон коллеги с той стороны. Восианцы всегда и везде держатся друг друга, оставаясь восианцами; ритуалы для них, как и для всех крылатых — неоспоримая константа.

На этом короткое знакомство и закончилось. Узнать бы, кто это такой, но пока и своих дел полно. Старскрим ушёл к себе в лагерь и в следующие орны не видел этого джета ни разу, с головой погрузившись в работу и забыв даже о своём первом порыве узнать, кто это был.

*

— Ради Праймуса, не носись, — устало попросил Скайфайр в десятый раз за вечер.

Юный таулан (новому термину в каталоге всех известных органиков не было и трети декацикла) опустил голову на мохнатые лапы и издал резкий сверчащий звук. Скайфайр провентилировал, в сотый раз пожалев о том, что адаптивные программы кибертронцев не предполагают понимания примитивного органического языка.

— И не вздумай это пить! — учёный решительно убрал оставшиеся на столе жидкости в специальный бокс.

Уже прошло почти пятнадцать местных суток, как они разместились лагерем на этой планете. Около десятка портативных жилых отсеков стояло подключёнными к генераторам на врытых в землю опорах — эдакий научный посёлок. Можно было, конечно, жить и на корабле, но принятый большинством членов экспедиции вариант был удобней. Скайфайр, порядком уставший от столицы, здесь отдыхал Искрой и здорово расслаблял нейросеть в увлекательной работе и вечерних релаксациях. По своей природе он вообще не был склонен к поведению под влиянием сиюминутного импульса. Лагерь института, как вскоре выяснилось, привлёк обещанных Триггерфорстом коллег из Академии, но пока что, как ни странно, обходилось без конфликтов. Видимо, так на трансформеров влиял спокойный летний Джерун. Обе стороны занимались каждая своим делом, по-прежнему стараясь опередить конкурента, но это никак не влияло на совместные вечерние посиделки в некоем подобии походной заправки, которую обе экспедиции без сговора додумались собрать в одном и том же месте.

Спасённый Скайфайром органик оказался спарком, точнее — детёнышем. В первый орн он жался к шкафчику с инструментами и наотрез отказывался двигаться или ещё хоть как-то идти на контакт. Уже отчаявшийся Скайфайр осторожно вправил ему вывихнутую лапу и выпустил подальше от лагеря. Однако через некоторое время объевшийся полых побегов бонты, растения, в изобилии встречавшегося на подходе к периметру, зверёк заявился обратно под порог полевой лаборатории, бывшей одновременно жилым отсеком джета. Прогнать любопытный клубок шерсти у Скайфайра духу не хватило, так что теперь таулан бодро нарезал круги по лагерю, то уходя, то возвращаясь. Вчерашнее утро ознаменовалось эпичным выходом пред округлившиеся окуляры коллег, ибо таулану захотелось перезаряжаться у джета на шлеме и снять себя он не разрешал; циклом позже непоседливое создание пришлось отлавливать в машинном отсеке корабля. Видимо, одного лагеря зверьку показалось мало. Как он туда вообще залез — оставалось загадкой эона.

Справедливости ради, этот конкретный органик не сливал отработку, не разбрасывал шерсть и вообще, судя по вчерашнему опыту, на состояние систем никак не влиял. Он просто был — и всё.

Сейчас Скайфайр заканчивал последнюю запись о влиянии солнц на некоторые химические процессы внутри микроструктуры растений. Таулан, сподобившийся в кои-то веки пять кликов посидеть смирно, подобрался поближе и… улёгся прямо на датапад.

— Ну какого шарка?! — едва не взвыл джет.

Услышав в металлическом голосе возмущённые интонации, таулан вздыбил шерсть и недовольно зашипел. Скайфайр осторожно поднял датапад и перевернул его, надеясь заставить зверька спрыгнуть на стол, но наглый таулан оказался умнее — зацепившись коготком за раму, он просто перелез обратно наверх. Скайфайр перевернул датапад ещё раз. Результат был тот же.

— Ладно, сиди… — проворчал он, вставая. Шлак с ней, с записью, там текста осталось чуть-чуть. Доделать можно и завтра.

Он вышел наружу, но дальше не пошёл — двойная звезда садилась, и зрелище было очень романтичным. Скайфайр уселся прямо на пороге, задумчиво уставившись на солнца и подперев манипулятором подбородок. По соседству спорили коллеги, но джет их почти не слушал. Заметив в противоположном солнцам небесном секторе уже достаточно яркий ледяной спутник и его вечно спешащего на обгон собрата, Скайфайр сделал видеопанораму, записав вечернее зрелище себе в память. Хм, а ведь спутники они ещё не исследовали. Вряд ли на них найдётся что-то особенное, но они могут стать отличной базой для добывающей колонии, позволив сохранить экосистему самой планеты. На ледяном спутнике можно выстроить подземные поселения, второй неплохо бы окружить жилым орбитальным кольцом с искусственной гравитацией… Скайфайр, будучи практиком, сам не заметил, как увлёкся космостроительными планами, бездумно пялясь в закат.

От вопроса поставок его отвлёк отблеск в небе над головой, пробежавший по чьему-то крылу. Скайфайр увеличил оптическую чувствительность, вглядываясь в неожиданного летуна. Так и есть — тот самый сикер из академической экспедиции, копавшийся в грунте в тот орн, когда он спасал таулана в каньоне. Не мыслящие себя без неба, сикеры в общем-то не были большой редкостью, и Скайфайр не нашёл ничего удивительного в трансформе коллеги, который оказался крылатым, как и он сам. Вот только странно, что он один, неужели у него не нашлось тройки? Триада обычно всюду следовала за своим ведущим, а уж одинокий ведомый и вовсе был несуществующим нонсенсом. Впрочем, по характеру полёта джет понял, что стать ведомым этому сикеру точно не грозит. Он летал стремительно, легко, свободно и уверенно, словно исполнял некий невесомый танец, а мгновенный набор высоты и последующая мёртвая петля даже вызвали у Скайфайра мысленные аплодисменты. И главной была даже не скорость, которой у сикера было более чем достаточно. Повороты и умение сманеврировать точно в нужный момент — вот главные показатели лётного мастерства, по которым обычно оценивали истребителей на знаменитых восианских аэрогонках и во время подготовки в Центре. И этом плане сикер был безупречен. Талантливый Ищущий, ничего не скажешь. После относительно плавного виража сикер начал выполнять различные фигуры, половину которых, Скайфайр был уверен, даже в Восе не преподавали. Эти процессоросносные выкрутасы продолжались ещё полджоора, и джет уже начал подумывать, а не присоединиться ли к нему в небесном рауте, но, поколебавшись, отказался от этой мысли. Во-первых, сам он, как грузовая модель, не настолько грациозен, во-вторых, банально вставать и тратить энергию на трансформацию и прыжки было лень. Он только записал кусочек полёта ради развлечения и просидел до тех пор, пока сикер наконец не сделал крутой разворот и не улетел в сторону своего лагеря.

Скайфайр сверился с хронометром и с удивлением обнаружил, что торчит на пороге уже квинт знает сколько времени. Первое солнце скрылось за горизонтом, второе было наполовину поглощено им. Вечерние сумерки сгустились — темнело здесь быстро. В ладонь настойчиво ткнулся таулан, которому, видимо, надоел датапад, возня с которым не имела благодарного зрителя.

— Нет, и не проси, — не согласился Скайфайр.

Зверёк снова издал сверчанье, затем развернулся и с удивительной скоростью припустил в сторону плато с зарослями бонты. Вот с чем, а с кормёжкой у него точно никогда не было проблем.

Зная, что таулан рано или поздно вернётся, Скайфайр зашёл в лабораторию, убрал датапад и очистил своё рабочее место до завтрашнего утра. Потом спокойно запер отсек и впервые за всё своё пребывание на Джеруне решил посетить полевой бар, как обе экспедиции величали самодельную походную заправку.

*

Заглядывая в бар, Старскрим намеревался просто пропустить стаканчик после тяжёлого разговора с начальством. Сеансы связи с Академией проводились только раз в местные сутки, так как в системе находилась всего одна автостанция, да и та — с ограниченными частотами. Упомянутое начальство состояло в основном из высокоинтеллектуальных мехов, но в последнее время они и Старскрим находились в натянутых отношениях. Геолог мстительно порадовался, что удалённость планеты от основных станций и космических трасс не позволяет пройти качественному видеосигналу, лишив его сомнительного удовольствия наблюдать начальственный фейс.

Нет, всё же придётся уходить. Если бы не один из новых проректоров Академии, занимавший одновременно должность декана, то он бы ещё двадцать раз подумал, но этот профессор упорно не давал Старскриму прохода, придираясь по каждому пункту. И это ещё он, Старскрим, виноват, что у него дипломы химика и геолога, а не ядерщика! Это все энергетики, что ли, такие высокомерные? (О том, что за ним самим иногда водится такой грешок, сикер благополучно забыл.) По какому, спрашивается, праву он должен обсуждать типы реакторов, если его в итоге всё равно ткнут фейсом в ржавчину? Да пошёл этот болван Юникрону в резервный порт!

Он окинул помещение быстрым взглядом — почти весь состав обеих экспедиций находился здесь, беззаботно травя байки. Неожиданно Старскрим заметил давешнего тетраджета, вспомнил, что хотел познакомиться, ещё постоял, сомневаясь, и в итоге направился прямиком к нему. Всё равно нервотрёпку надо залить, так он хоть сделает это в компании ещё одного крылатого, и поговорить будет с кем. Конечно, Старскрим знал, что за его полётами наблюдают, ещё с момента выхода из мёртвой петли, и узнал наблюдателя, так что дальнейшие «небесные танцы» были просто игрой на единоличную публику. Интересно, где тот отсиживался все вечера и почему пришёл в бар только сегодня?

Джет, конечно, заметил севшего рядом Старскрима, но продолжал глушить энергон с поразительным спокойствием, неторопливо смакуя каждый глоток. На его светлом фейсе отражалась полная безмятежность — мысленно он явно был не здесь. Сикер тоже попросил себе стаканчик (вступающая в моду новая форма оболочек для энергона была немного странной, но более изысканной) и понял, что начинать разговор надо первым.

— У ветра нет направления.

— У него есть цель, — подхватил вторую часть ритуальной фразы джет, слегка наклонив голову. Это было одним из множества вариантов приветствия у крылатых.

— Ты наблюдал.

— Конечно, — тут же включился в диалог джет. — Отлично летаешь, все медали по пилотированию на сто ворн вперёд твои.

— А почему не на тысячу? — пошёл на принцип Старскрим.

— А на десять тысяч слабо?

— Уж не слабее твоего, — фыркнул сикер.

— Я шаттл, — невозмутимо согласился тот и сделал ещё глоток.

Собеседники переглянулись, оценивая друг друга. Судя по тому, что джет его до сих пор не послал, налаживание контакта шло просто отлично.

— Что ж не присоединился к полёту, шаттл?

— Самолётам, видишь ли, не хотел мешать.

— Боишься, что самолёты только хвостом тебе посветят?

— Нет, боюсь, что всякая хвостатая мелочь мне обзор засорит.

— А у тебя глосса не промах, — невольно восхитился ехидцей в голосе джета Старскрим.

— А у тебя большое самомнение.

— Уж не больше твоего.

— Я джет. Мне по типоразмеру положено. А ты повторяешься.

— Ты тоже.

Оба снова переглянулись и наноклик спустя чокнулись стаканами.

— За науку, — искренне провозгласил джет.

— И за адекватных в этой науке, — добавил Старскрим, опрокидывая в себя сразу половину.

— Ты сказал «адекватных». Почему? — уточнил джет.

Спросил, как праксианец. Если он и в науке настолько логичен, так неудивительно, что их институт часто оказывается первым в рейтинге. Ещё один аргумент к возможному переходу туда.

— Потому, что одних умных процессоров мало, — в голосе геолога прорезалась нотка недовольства. — Если тебе задают один вопрос, а ты специализируешься совершенно по другому, то как это называется?

— Обращение не по адресу, — усмехнулся джет.

— Идиотизм. Вот как это называется, — припечатал Старскрим и, полностью осушив стакан, заказал ещё один.

Впечатлился джет или нет, но он ему посочувствовал.

— А потом ты оказываешься крайним, — добавил сикер.

Повисла пауза.

— Что здесь за грунт такой странный? — решил оживить разговор джет.

— Выпытываешь профессиональные тайны? — прищурился Старскрим.

— Нет, я грунтом не занимаюсь, — возразил тот. — Просто у здешнего структура нетипичная. Если не хочешь, можешь не отвечать.

— А что тебя привело тогда в каньон?

— В каньон? — джет задумался. — Скажем так, я… гулял.

— Гулял?

— Это всё моя лень, конечно. Мой обычный режим — четырнадцать джооров в сутки, не меньше.

— Ты только о работе говорить способен? — подозрительно спросил Старскрим, не любивший слишком заядлых трудоголиков.

— Ты, судя по твоим жалобам, тоже.

— Я не жаловался.

— Жаловался-жаловался, — беззлобно констатировал джет.

— Ну, знаешь ли…

— Расслабь контуры, — примирительно посоветовал собеседник. — И потом, если бы я действительно захотел выпытать профессиональную тайну, то не стал бы спрашивать напрямик. Если бы ты не хотел поговорить, то не подсел бы ко мне, а устроился бы подальше. Тебе сейчас нужен слушатель.

Он мысли, что ли, читает? То, что он был способен сразу ухватить суть, говорило о многом. И, шарк его подери, он был прав.

— Ты случайно не аналитик, а? — Старскрим прикончил остатки второй порции.

— Я просто учёный, — снова улыбнулся джет, как будто этим всё исчерпывалось. Улыбка у него была добрая и какая-то даже… лучезарная, что ли. Воистину, блаженный какой!

— Ладно, «просто учёный», — передразнил его сикер, поняв, что с этого места уже можно расслабиться. — Загружать тебя рабочим негативом я не хочу, а вот о чём-нибудь нормальном поговорил бы.

— Ну, раз ты не хочешь говорить о грунте, тогда предлагаю обсудить последнюю серию «Рэйзорблэка из Тарна». Как один из вариантов.

— Ты серьёзно смотришь этот сериал?! — поразился Старскрим.

— А что с ним не так? Хороший сюжет, неплохие актёры, убедительная постановка. И музыка ничего, — привёл аргументы джет.

— Нет, ты не понял. Ты просто первый мех в моём окружении за последний астроцикл, который смотрит нормальный сериал вместо популярной окиси.

— Так это же хорошо. И потом, окись вещает в головизоре, а за нормальным культурным отдыхом в датанет лезть надо.

— Я ещё не успел посмотреть эту серию, — почуял начало интересного диалога Старскрим. — Расскажешь?



Дальше всё пошло по накатанной. В какой момент первичная осторожность знакомства уступила бурному интеллектуальному потоку, ни один, ни второй так и не поняли. Они принимали бокалы, пили (джет пил в два раза медленнее сикера, но ему с его габаритами окосеть в любом случае не грозило), снова принимали и снова пили. Пять кликов спустя Старскрим уже знал последние сериальные спойлеры, ещё через пятнадцать — снабдил джета анонсом обновления телескопических снимков вновь открытых созвездий, потом расхохотался от рассказанного тем удачного анекдота, а через джоор снова начал жаловаться. На жалобу это, впрочем, уже походило мало — скорее на душевную критическую исповедь. Разговор протекал легко, плавно и свободно, ловко обходя острые вопросы, а о политике не вспоминали вообще. Казалось, каждая реплика уже заранее имеет готовый ответ. Они сидели, иногда чокались и разговаривали, трепались целую вечность, будто уже были давно знакомы, причём говорил больше Старскрим, а джет слушал, регулярно посмеиваясь и кивая в нужных местах. Особое единодушие вызвала тема студенчества.

— …нет, ты понимаешь, каков любознательный выискался? Я, значит, думаю, что я такого в уравнении реакций написал, смотрю на свою броню, не вляпался ли в этот шлаков раствор… а он ржёт! Причём понял, что я, как заменяющий преподавателя, это безобразие слышу и вижу, смотрит мне в оптику и продолжает истерично хохотать! Совсем крышу снесло! Группа смотрит на него, на меня и снова на него, оптика у всех оквинтевшая. Ну, я к нему подошёл посмотреть, чем он там страдает…

— И чем же? — джет слушал с нескрываемым интересом.

— Этот болван читал! Будущий металлофизик, студент престижной Академии прятал на коленях второй датапад и втихаря читал пародийные рассказы про войну и коннект! Праймус… я как прочёл вслух абзац про пункт сбора кредитов на патриотизм в стрип-баре, так меня аж переклинило, вся аудитория на месте слегла…

Старскрим в знак подтверждения приложил ладонь к фейсу и закрепил байку очередным глотком, пока впечатлившийся джет тихо смеялся.

— И чем всё закончилось?

— А ничем. Я реквизировал у него датапад, утихомирил сокурсников, а вечером ради интереса решил посмотреть, над чем он там угорел. Такого бреда я ни в одной книге не видел, — завершил свой рассказ Старскрим.

— А датапад?

— Вернул потом. В конце концов, читать бред — это его право, лишь бы не на занятиях.

Джет только покачал головой.

— Ты был на другой стороне? — спросил Старскрим ещё пару бриймов спустя.

— Планеты?

— Ага.

— Нет, времени не было.

— Зря. Там нереально красиво. Никогда не видел в одном месте столько воды.

— Там, насколько я знаю, находится море...

— Там не море. Это самый настоящий океан! Шум волн, огромное пространство, красивые камни на дне... По ним ещё какие-то пятилучевые органики ползают... Жаль, у нас такого нет.

— Это же до шарка лететь, — поразился джет.

— Если захотеть, то уже не до шарка, — возразил Старскрим. — Я туда за три с половиной джоора долетел, правда, не над экватором и против вращения. А тебе это и того легче.

— Ну, я вряд ли захочу, — хмыкнул джет.

— Поверь, это того стоит.

Энергон потихоньку действовал, и Старскрим начал регистрировать растекающуюся по системам блаженную лень.

— У тебя триада есть? — неожиданно поинтересовался джет.

— Была одна, но разлетелись, — удивился собственной откровенности Старскрим, но дальше развивать тему не стал. Действительно, кому какое дело, нашёл ты свою Истинную Триаду или нет. Собеседник и не настаивал.

…Время бежало, учёные постепенно расходились один за другим, разминая сервоприводы. Скайфайр отставил опустевший стакан и взглянул на окончательно умолкшего и размякшего сикера, прикрывшего фейс ладонями и явно не желающего никуда вставать после такого количества энергона. Поговорить с ним было одно удовольствие — он разбирался во многих сферах, включая космическую, и вообще быстро соображал. Оставалось только надеяться, что он и без энергона на это способен. Такой мог бы даже стать заместителем, ведь в лаборатории именно такой и нужен…

Скайфайр встал, собираясь уходить.

— Ну что ж, завтра опять за работу. Спасибо за разговор. Было очень приятно.

— И тебе спасибо. Ты приходи, ещё пообщаемся, — ответили из-под ладоней. — Я тут немного посижу.

Джет кивнул бармену и пошёл к выходу. Пора в перезарядку, завтра надо уже наконец покончить с растениями, ведь по плану впереди пещеры, атмосфера и много чего ещё.

Только на пороге своего жилища Скайфайр мельком подумал, что так и не догадался спросить у нового знакомого его позывной.

*

Исследовательский журнал
Автор: ведущий научный сотрудник
по вопросам инопланетных исследований
Скайфайр


Система: Джефра
Звезда: двойная звезда класса G2V
Джефра-1 и Джефра-2 (2J)
Планета: Джерун (первая от звезды)
Тип планеты: органическая
Происхождение: звёздная туманность
(предположительно),
космический мусор
и астероиды (вероятно)
Местонахождение: северное полушарие
Объекты исследования: флора как представитель органики
микрофауна,
история формирования планеты
Цель исследования: специфика эко-системы планеты
(в потенциальном взаимодействии с цивилизацией)


(УМЕНЬШЕНИЕ КОЛИЧЕСТВА ГЛИФОВ СПОСОБСТВУЕТ ЧЁТКОСТИ НАУЧНОЙ МЫСЛИ!!!
Пиши меньше, но конкретнее.)

Запись 82
Обнаружено свойство местной флоры конвертировать некоторые вещества в кислород. Предстоит узнать точно, откуда они берут энергию для подобного преобразования. Предварительно мы пока можем предполагать энергию звезды, влияние самой атмосферы либо наличие какого-то вещества в грунте. Скорее всего, такое преобразование жизненно необходимо для флоры.

Агентом преобразования служат определённые типы органических единиц (условное название — клетки). Эти агенты являются источником постоянно возникающих химических соединений в органике. Анализ показывает наличие магниевых комплексов в микроструктуре флоры.
Низшая флора более устойчива к специфическим условиям, однако имеет те же показатели. (Примечание: любит влагу.)

Запись 83
Появилась идея взять в искусственные условия (в жилой отсек) три отобранных образца. Поскольку на природе у растений отработан полный цикл самовоспроизведения и функционирования, лучшим решением будет попробовать воссоздать эти условия. Для этого нам понадобится большое количество грунта и воды. Минус — мы пока не знаем, как именно реплицируются растения.

Запись 84
Только что наблюдали новое атмосферное явление. Оно состоит из мелких шариков льда и характеризуется быстротечностью при сильном ветре. Скорее всего, их образование зависит от продолжительности нахождения капель воды в очень холодном облаке. (Стучит по броне не больно, но неприятно. У Лансера полные стыки этой шарковни.) Также им свойственно быстрое таяние (при температуре в этом поясе), поэтому проанализировать их состав нам не удалось.

Запись 85
Сегодня берём первый образец.

(Придётся переформатировать правила безопасности.)

Запись 86
Поведение таулана (белковый организм фауны Джеруна, класс Высшие Органики) стало вызывать вопросы. Мы отмечаем нехарактерную для такого спокойного существа тревожность, хотя, возможно, она обусловлена его природной моторностью и склонностью к обширному познанию. Однако никаких событий или опасных факторов, которые могли бы так повлиять на него, пока не замечено.

(СЛИШКОМ ВЫЧУРНО ПИШЕШЬ, СКАЙ.)

Запись 87
Он всё ещё встревожен.

Запись 88
Его тревога усиливается.

Запись 89
Таулан испуган, но чем? За последние два орна ничего настораживающего не происходило. Обратное переселение в его родной ареал не принесло результата — он возвращается, бегает по кругу и кричит. Корень проблемы, судя по всем признакам, кроется не в нашем присутствии, поскольку все предыдущие орны он воспринимал нас хорошо. Кроме того, замечено отсутствие желания восстанавливать силы, поскольку он давно не перезаряжался и перестал ходить за пищей (его рацион — растение бонта, класс Высшая Флора).

Ничего не понимаю.

Запись 90 (второй датапад)
Предыдущий был уничтожен тауланом. Во время очередного беспокойного забега он сбросил его на пол. Я копирую всю новую информацию, поэтому все предыдущие записи сохранены здесь. (Видеоприложения см. в другом разделе по ссылке.)

Решено ещё раз отправить таулана обратно. Он с невиданным упорством крутится конкретно возле меня и разносит именно мой отсек. Если это попытка что-то сказать, то я по сравнению с ним очень глупый мех.

Запись 91
Таулан сбежал.

Ни я, ни остальные так и не смогли его найти.


*

Личный дневник научных наблюдений
эксперта по геологии
(и старшего научного сотрудника в области химии)
Старскрима

(Королевскую премию Воса
этому датападу за пафос!)


Локация: Джерун, северное полушарие
Местонахождение: система Джефра
(двойная звезда спектрального класса «карлик»)
Тип локации: органическая планета
Происхождение: предположительно камень, металлы,
космическая пыль
Основные объекты наблюдения: грунт, газы, металлы,
нетипичные соединения
Цель наблюдения: выявить полезные ископаемые


Запись 156
Грунт перенасыщен микроорганизмами. Их взаимодействие похоже на симбиотическую связь. Грунтовые массы содержат миллиарды перерабатывающей всякий шлак мелочи. Вообще вся поверхность этого камушка — штука немного паскудная, но мягкая. Рискует засорить швы и вообще всё, что можно. Одолжить завтра у Джейбрэкера микроскоп.

Сказать остальным не брать её в манипуляторы!

Запись 158
Один из институтчиков навёл меня на мысль о том, что местные организмы влияют на всю эко-систему и наоборот. Проверить. (Похоже, он прав.)

Предложил ему побывать на той стороне планеты. Кажется, ему нравится эта так называемая «флора». Мех интересный.

Спросить потом, как ему экскурсия.

Запись 161
Эффективность органико-природных циклов в эко-системе: высокая, но для нас не имеющая никакого смысла (подробности в официальном журнале).

Эти оплавки уже попытались унести образцы грунта на борт в открытую, без спецконтейнера (я предупреждал!). Успел тормознуть. Посоветовал встать на пару джооров под очиститель. Был в шутку послан. Сказал, что грунт обитаем. Подействовало.

Запись 162
Обнаружено месторождение природного газа. Наши могут рассчитывать на премии! Месторождение пока что окружено датчиками.

Следующая цель: возможность наличия нефти (под большим вопросом, так как никаких намёков на это пока не обнаружено).

Спросить при случае, что нашёл мех из института.

Запись 163
Обнаруженный газ близок по составу к сланцевым, но имеет посторонние включения. (Составить более точную формулу.) Дарки протестировал горение. Результат положительный. Хорошо горит!

Взяли образец. На вечер назначен запуск исследовательского бура.

Запись 165
Орбита Джеруна теплее, чем наша. Возможно, это влияние более плотной атмосферы и более сильного тяготения, которое эту самую атмосферу удерживает.

(Институтчика не видно. Летал на ту сторону или нет?)

Запись 167
Электромагнитный детектор начал показывать отклонения. Они некритичны, но всё равно настораживают.

Запись 168
Степень отклонений остаётся на том же уровне. Второй детектор выдал ту же информацию.

Запись 169
Без изменений.


2 часть, 3 часть, 4 часть.

@темы: чужой фанарт, мой фанфик, закончено, вне фракций, Transformers Generation 1